Договор со смертью

Интервью с Игорем Вагиным

«В 3-м номере «Кошмаров» прочитала статью «Наперегонки со смертью». Там писалось, что человек может увидеть день своей смерти и отодвинуть его. Напишите подробнее, как можно помочь тому, кто ничем не болеет, но чувствует, что скоро умрет…»
В.Г.
Мы снова встретились с президентом Академии иррациональной психологии Игорем ВАГИНЫМ.

Когда я заходил в егo кабинет, оттуда вышел средних лет кавказец с забинтованной головой.
ВАГИН: — Видели? Довольно типичный случай. Занимался торговлей продуктами, залез в топливный бизнес, за это ему голову и прострелили. На девяносто восемь процентов — смертельный случай. Когда я с ним работать начал — брат его меня в больницу буквально силой притащил, — он очень тяжелый был. Я его в транс ввел, включился в его подсознание, чтобы понять, что его на этом свете держит. Оказалось, он как человек гордый и мстительный, «запретил» себе умирать, пока не отомстит. Я его поначалу не отговаривал, только распалял, вытаскивал из смерти за этот «якорь». А как только на ноги поставил — снова его в транс ввел. И показал, что на него скоро будет новое покушение. Добьют его конкуренты и очень просто. У них свои люди на бензоколонках, у него — машина. Подъедет на заправку и получит мину под днище.

КОРР.: — Ну а если не подъедет?
ВАГИН: — Он мне то же самое сказал. Хорошо, говорю, давай смотреть, что будет в этом случае. Опять поколдовал над ним, вывел из транса, спрашиваю. А он весь бледный сидит. Подвезут, оказывается, ему на склад партию продуктов, он зайдет накладные подписывать — тут на складе и рванет. Но — что самое страшное — второй раз смерть свою видит, а ничего с собой поделать не может.

КОРР.: — Ну и когда, по-вашему, он погибнет?
ВАГИН: — Нескоро, если вообще погибнет. Есть такая штука — «договор со смертью». Каждый человек хочет не хочет, а договор заключает. И если надо, чтобы смерть тебя подождала, — плати! вот я этому кавказцу прямо в лоб и врезал: хочешь жить — плати! Не мне, смерти плати — откажись от мести! Плюнь на свои топливные амбиции, не твое это дело.

КОРР.: — Вот вы сказали — «договор со смертью». Поясните подробнее.
ВАГИН: — Это понятие родилось из практики. «Договор со смертью» — это комплекс обязательств, которые, сам того часто не сознавая, берет на себя каждый человек, чтобы не умереть. Например, ради продления своей жизни человек должен не забывать родителей, не злоупотреблять женским вниманием, просто — не воровать. Нарушение таких обязательств ведет к смерти человека, причем в его подсознании возникает и хранится подробная «картинка» такой гибели. Из этой картинки, которую я вызываю в мозгу пациента, вводя его в транс, можно заключить, что явится причиной его смерти, какой пункт «договора со смертью» он нарушил. После чего, если есть возможность, пробую помочь человеку исправить такое нарушение. Но! — сразу оговорюсь — у каждого человека свой, очень индивидуальный «договор со смертью», И зачастую очень сложно догадаться, вычислить истинную причину его будущей смерти. Например, пациент «видит» себя погибающим от несчастного случая — от шальной пули, в автокатастрофе. За что ему это? Чем он «провинился» перед смертью? Технология «договоров со смертью» еще до конца не ясна, мне пока не хватает статистики, чтобы» стопроцентно ее расшифровать. Единственное, что мы вместе с пациентом можем сегодня, — это увидеть его будущую смерть. И постараться сделать верные выводы о ее причинах, какими бы нелогичными, на первый взгляд, они ни казались.

КОРР.: — Давайте вернемся к вашему недавнему пациенту. Когда вы ему объяснили, что за отсрочку смерти надо заплатить отказом от мести — он так сразу и успокоился?
ВАГИН: — Сначала он, конечно, возмутился, дверью хлопнул. А сегодня опять пришел, вроде как из любопытства — что с ним будет, если от мести откажется. Вогнал я его в транс, подержал минут пятнадцать, вывел. Спрашиваю, а он улыбается. «Всех, — говорит, — куплю!» Так что, думаю, он со своей смертью договорился…

КОРР.: — А бывают случаи, когда перехитрить смерть особенно трудно?
ВАГИН: — Иногда встречается так называемая жесткая программа смерти. Люди сами настраивают себя на определенную дату смерти, ориентируясь, скажем, на продолжительность жизни своих близких. К примеру, если у человека рано умирают родители, он опасается, что не доживет, скажем, до 40 лет. Но во время гипнотических сеансов выясняется, что такая ранняя смерть чаще всего наступает не от наследственных недугов, а от откровенного пренебрежения собственным здоровьем. Пациент видит в трансе, как он умирает в тридцать семь лет от скоротечного рака легких так же, как умерли его дед и отец. И что ему делать? Может быть, обещать смерти бросить курить, тогда она и отступит? Другой пример. Многие, особенно женщины, живут в надежде увидеть своих детей, своих внуков, крепко стоящими на ногах. В этом их цель жизни. А когда она выполнена, они решают, что нет смысла жить дальше. Находят у себя мнимые болезни, зацикливаются на них и — умирают. Как вы знаете, смерть от сердечно-сосудистой недостаточности сюит на одном из первых мест в мире. Но когда американцы попытались уяснить, что кроется за этим диагнозом, они оказались в полной растерянности — ведь грубых поражений органов нет, а человек умирает. Я объясняю это непреодолимым страхом смерти и отсутствием ощущения себя в завтрашнем дне. Впрочем, есть противоположные примеры. Люди с тяжелейшей патологией, которые, по заключению врачей, должны давно умереть, — живут. Иногда очень долго.

КОРР.: Почему?
ВАГИН: — На мой взгляд, их «ДЕРЖИТ» ЦЕЛЬ ЖИЗНИ, КОТОРАЯ ЕЩЕ НЕ ДОСТИГНУТА.

КОРР.: — Значит, именно «недостигнутая цель» помогает выжить людям рискованных профессий — каскадерам, гонщикам, аквалангистам?
ВАГИН: — Не совсем так. Эти получают особое наслаждение, находясь на грани жизни и смерти. Общаясь с такими людьми, я не раз слышал: «Я готов к смерти!» Большинство из них не видит себя в старости, хотя кое-кто и доживает до преклонных лет.
Интересно и другое. По утверждениям западных социологов, на рейсах самолетов и маршрутах поездов, терпящих крушение, пассажиров меньше обычного. Многие по каким-то непонятным причинам сдавали билеты перед отправлением или просто-напросто теряли их, опаздывали из-за неполадок с транспортом. Такое невозможно объяснить рационально, подходя с научными критериями.

КОРР.: — Любопытно, кому — женщинам или мужчинам — легче «отодвигать смерть»?
ВАГИН: — Сложнее с мужчинами — их «договора со смертью» более жесткие. Мужчина тверже знает, что за право жить надо платить — иногда, например, предательством друга или любимой. И часто спокойно идет на смерть, выполняя гибельные для него условия договора. У женщин «договоры со смертью» более запутанны и многозначны, там больше лазеек и отдушин. Я думаю, не случайно слово «смерть» женского рода. И, может быть, поэтому женщины живут дольше мужчин.

Дмитрий Сергеев.

г. «Кошмары» (Кишинев) №5 1997 с.5