Эффект Баскервиля

Недавно во французской газете «Монд» появилась любопытная статья. Речь в ней шла о власти, какую имеет над жизнью и смертью людей язык, которым они ежедневно пользуются.

В частности, ученые сравнили статистику случаев смерти от сердечной недостаточности в англоязычных странах Запада с аналогичной статистикой в Китае и Японии и выяснили, что заметные пики смертности приходятся на Западе на 13-е число, а в Китае и Японии— на 4-е.

Объяснение этому предложили такое. Число 13 в западных странах (равно как и у нас) пользуется, как известно, дурной славой и называется «чертовой дюжиной». Возможно, благодаря этим бессознательным мотивам именно по 13-м числам месяца больное сердце чаще всего отказывается работать. Другая, но похожая ситуация в Китае и Японии: в мандаринском (пекинском), кантонском и японском языках слово «четыре» произносится почти так же, как слово «смерть», поэтому китайцы и японцы панически боятся числа 4, как европейцы — числа 13. Сила суеверия доходит до того, что жители этих азиатских стран остерегаются отправляться в путешествие по 4-м числам месяца, вешать на автомобиль номер с четверкой и жить на четвертых этажах зданий. Даже среди американцев китайского и японского происхождения смертность по четвертым числам месяца в среднем на 7 процентов превышает смертность по другим дням. Однако у представителей белой расы, пик смертности которых приходится на 13-е число, никакой языковой связи между названием числа и смертью нет. Видимо, здесь налицо вполне, скажем так, смертоносный предрассудок, вызванный исторически сложившейся (по ряду причин, которые я здесь приводить не буду) неприязнью к числу 13.

Эта закономерность меня заинтересовала, и я решил проверить, соблюдается ли она в нашей стране. В Министерстве статистики и анализа знают все. Однако, как ни странно, демографическая статистика в области «актов гражданского состояния» по дням не ведется — только по месяцам. Просмотрев толстенные книги статистических сводок, сухим языком повествующих о жизни и смерти граждан Беларуси, я выяснил лишь то, что люди чаще умирают в зимние месяцы, чем в летние. Но вопрос у меня все-таки возник: почему бы не вести ежедневную подробную статистику? Она способна принести и заметную пользу. Например, она может показать наличие пиков рождаемости через 9 месяцев после каких-нибудь праздников — когда люди, отдохнув от работы, скажем, подумывают о продолжении рода. В таком случае государство для борьбы с демографическим кризисом могло бы просто ввести дополнительные праздничные дни, и результат эксперимента станет явным всего лишь через 9 месяцев. Впрочем, в каждой шутке есть доля шутки…

Однако в одном случае власть языка явила себя во всей красе и у нас. Статистические сводки браков-разводов четко иллюстрируют веру населения в известную пословицу: «Женись в мае — век маяться будешь». Здесь нет ничего красноречивее цифр: в ушедшем году в мае гражданами Беларуси было заключено всего 1.849 браков, тогда как в апреле — 5.986, а в июне — 6.341. Вот он, вековой предрассудок, дающий работникам загсов возможность уйти в отпуск в мае!

Социологи окрестили подобные явления «эффектом Баскервиля». Ну читатель наверняка помнит, как собачка «в макияже» загнала в гроб сэра Чарльза Баскервиля в знаменитом произведении Конан Дойла. Вымыслы становятся реальностью, когда люди верят в их реальность. И психологический стресс, вызванный средневековой легендой, числами 13 и 4 (если вы японец) или сделанными в мае намеками знакомой (знакомого), что, мол, пора бы нам наконец пожениться, действует по-тихому, но верно. Так что берегитесь, дорогой читатель!

Сергей Максимов. «СБ».
г. «Советская Белоруссия» 19.01.2002 с.16