Из президента — в императоры

Со шлемом Скандербега связано событие, которое в достопамятном для белорусской интеллигенции 1928 году (конец белоруссизации) наделало много шуму в Европе. В этом году президент Албании, амбициозный, но недалекий Ахмет Зогу, которому не давали покоя лавры Скандербега, снял с музейной витрины шлем, назвал его короной и, надев на голову, объявил себя “королем всех албанцев”. Нужно ли говорить, что подобные политические метаморфозы были восприняты тогдашней Европой как что-то невероятное и породило вспышку интереса к этой малоизвестной стране.

Превращение президента в короля — явление в ХХ веке и впрямь уникальное (порывшись в памяти, я вспомнил только Жана Беделя Бокассу, который в свое время из президента Центральноафриканской республики превратился в монарха), но в Албании, стране, где господствовали патриархально-родовые отношения, а власть в регионах принадлежала представителям феодальной аристократии, так называемым беям и капеданам, в факте появления “самого главного капедана” не было ничего необычного.
Мудров Винцесь — Terra incognita посреди Европы.

Таки были примеры, хотя и не в XX веке.

Наполеон III — племянник того самого Наполеона — пришёл к власти во Франции мирным путём — победил на выборах.
Тогда, в декабре 1848–го никто и подумать не мог, что уже через 4 года этот добрый Президент, радетель за народ, прогресс и религию — наплюёт на собственные клятвы и объявит себя императором Наполеоном III Бонапартом.
Наполеон III не обнаружил ни военного, ни административного гения своего дяди; Бисмарк не без основания называл его впоследствии «непризнанной, но крупной бездарностью».
В. Гюго наделил Наполеона III презрительными эпитетами «Наполеон малый», «мелкий пошляк», «пигмей», «ничтожество, стоящее у власти», «ничтожный племянник великого дяди», «выродок», «свирепый тиран», «жалкая мразь».
К. Маркс, также заклеймил императора и его режим в ряде своих работ. В глазах основателя научного социализма Луи-Наполеон исполнял роль «фокусника, вынужденного всё новыми неожиданностями приковывать внимание публики к себе, как к заменителю Наполеона». Ещё более резко Маркс высказывался о детище Наполеона III, Второй империи: «Государственная власть, которая, казалось, высоко парит над обществом, была в действительности самым вопиющим скандалом этого общества, рассадником всяческой мерзости».

Ну и по мелочи — Даже Джордж Вашингтон хотел, чтобы его титуловали «Его Величество президент Соединенных Штатов».

Добавить комментарий